Конституционное право людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п.

Автор: Алексеев Владимир Михайлович, ректор АНО ДПО «Академия ГлавСпец» (Краснодар).

Библиографическая ссылка на статью: Алексеев В.М. Конституционное право людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п. // Журнал Алексеевской академии наук. 2016. 1 [Электронный ресурс]. URL: http://aleksejev.ru/nauka/jurisprudence/constitutional-law/00012.php.

Аннотация: В текстах общественных наук, прежде всего таких как философия, культурология, этнопсихология, как постулат принято положение о том, что все россияне - носители «восточной» (русской и т.п.) культуры, «восточного» (русского и т.п.) менталитета, «восточного» (русского и т.п.) «национального характера» и т.п. Однако данные утверждения антиконституционны и подпадают под нормы антиэкстремистского законодательства.

Ключевые слова: мировоззрение, культура, культурные ценности, менталитет, национальный характер.

Вот, я не испытываю иллюзий по поводу русского языка. Если честно, я считаю кириллицу национальной катастрофой и вообще я читаю больше книг на английском, чем на русском. (Ю. Латынина [16])


Почти все несуразицы текстов Конституции России [1] и некоторых других нормативно-правовых актов вызваны тем, что их писали полностью или частично кандидаты и доктора общественных наук, то есть носители «восточной» ментальности.

Так, в соответствии с ст. 13 Конституции России «в Российской Федерации признается идеологическое многообразие» (ч. 1) и «никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» (ч. 2). Аналогичная норма закреплена в ч. 1 ст. 14: «никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной». Согласно ч. 1 ст. 26 «каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности».

 

Однако по логике Основ законодательства Российской Федерации о культуре [2], принятых Верховным Советом годом ранее (!) Основного Закона, идеология, религия, национальность - это виды культурных ценностей, поскольку «культурные ценности - это нравственные и эстетические идеалы, нормы и образцы поведения, языки, диалекты и говоры, национальные традиции и обычаи…».

Кроме того, в силу ст. 28 Конституции России, религиозные убеждения – это вид убеждений. Убеждения как объект прав человека упоминаются в ряде НПА.

 

Семантическое, логическое единство этих слов/понятий признаются даже словарем Ожегова [11], в создании которого принимали активное участие обществоведы:

- вера - убежденность в существовании феноменов;

- идеология - совокупность убеждений;

- мировоззрение - совокупность суждений;

- мнение - [поколебимое] суждение (поскольку возможен обмен мнениями);

- религия - совокупность убеждений в существовании феноменов;

- убеждение - непоколебимое суждение.

 

Почему нельзя было сразу правило ст. 13 и ст. 14 распространить на все культурные ценности, то есть, к примеру, так: «в Российской Федерации признается культурное многообразие» и «никакая культура не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной»? Почему ч. 1 ст. 26 не изложить так: «каждый вправе определять и указывать свою культурную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей культурной принадлежности»?

 

Ст. 13, 19, 29 Конституции России и Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» [3] перечисляют разный перечень оснований разжигания розни или превосходства. Наиболее полный перечень приведён в первом предложении ч. 2 ст. 19 Конституции России и ст. 8 Основ законодательства Российской Федерации о культуре, при этом, обратим внимание, он открытый. Авторы Основного Закона зачем-то сейчас, а не выше, раскрывают социальное основание на ряд его видов: происхождение, имущественное и должностное положение, место жительства, образование, профессия, принадлежность к общественным объединениям. Абсурд наблюдается уже в следующем предложении ч. 2 ст. 19 Конституции России, в котором запрет любых форм ограничения прав граждан не распространяется на такие основания, как убеждения и пресловутые другие обстоятельства. Однако в русле своей «восточной» логики авторы в ч. 3 ст. 19 Конституции России закрепляют важнейший запрет на принуждение кого-либо «к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них».

Грамотнее использовать во всех НПА, в том числе в УК РФ, Федеральном законе от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», следующий единообразный перечень: «социальный, расовый, культурный».

 

Согласно ст. 6 Основ законодательства Российской Федерации о культуре, в нашей стране признаны:

1) равное достоинство культур;

2) равные права и свободы в области культуры всех проживающих в ней народов и иных этнических общностей.

Также в этой и некоторых других статьях Основ упоминается «российская культура». По логике Конституции России и Основ, «российская культура» - это совокупность культур, поддерживаемых органами власти на территории России. Ни в Конституции России, ни в Основах не упоминается «русская культура», поскольку не существует ни страны «Русь», ни другого одноименного географического объекта. Более того, понятие «русская культура» прямо подпадает под нормы Федерального закона от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», который запрещает пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его, в частности, национальной или языковой принадлежности.

Однако обществоведы с фамилиями Вежбицкая [5], Гуревич [6, 7], Радбиль [11] и многие другие любят болтать о «русской» культуре и противопоставлять её «европейской» («западной», «англосаксонской», «англо-американской») культуре. При этом ими избран особо изощрённый метод разжигания розни и пропаганды исключительности:

1) с одной стороны, они беспрестанно мусолят о некой «русской культуре», при этом умалчивая «белорусскую культуру», «украинскую культуру», «армянскую культуру», «мордовскую культуру» и культуры десятков других национальностей, проживающих на территории России;

2) с другой стороны, они беспрестанно выискивают в «русской культуре» невыгодные (прежде всего, непрогрессивные) отличия от «европейской культуры» и т.п., тем самым нарушая норму о равном достоинстве культур, закрепленную в ст. 6 Основ законодательства Российской Федерации о культуре. 


А.А. Вежбицкая:

- «англо-американская культура поощряет её носителей отзываться с похвалой о других людях, чтобы получать от них положительную ответную реакцию и поднимать их в их собственных глазах»;

- «англо-американская культура поощряет своих носителей говорить о том, чего ты хочешь сам, и давать другим людям право выбора»;

- «англосаксонской культуре свойственно неодобрительное отношение к ничем не сдерживаемому потоку чувств, тогда как русская культура относит вербальное выражение эмоций к одной из основных функций человеческой речи»;

- «одним из самых характерных англо-американских «правил мышления», о котором много говорят, является постулат «позитивного мышления»;

- «русская культура поощряет «прямые», резкие, безоговорочные оценочные суждения, а англосаксонская культура – нет»;

- концепт mind … характеризует укоренившееся в западной культуре представление о том, что центр внутренней жизни личности связан не с душой (сердцем), как у русских, а со сферой сознания (головы, разума)».


П.С. Гуревич:

- «русской культуре присущи два диалога: 1) русско-византийский, или религиозно-политической, основы общества и 2) диалог «Россия-Запад»;

- «европейская культура основана на персоналистской традиции, т.е. на уважении к уникальности и незаместимости человека. Эта традиция родилась в христианстве и затем стала остовом европейской культуры»;

- «западный способ мышления»;

- «западная логико-вербальная культура»;

- «с позиции западного мировоззрения традиционная культура выглядит странной, эксцентричной, наивной»;

- «рациональность «западного типа»;

- «другой тип поведения диктуется восточной культурой. В ней индивид считается частью целого: группы, коллектива, общины, государства»;

- «западные культурологи стали склоняться к догадке: а не пошла ли Европа ложным путем, не ошибся ли западный дух в выборе культурно-цивилизационной альтернативы?»;

- «две разные культуры - античная и азиатская. Различные представления о том, что значимо для человека».

 

Т.Б. Радбиль:

- «в наши дни культурная экспансия со стороны западной культуры влияет на русский менталитет, в каких-то основных чертах унаследованный из прошлого»;

- «в англосаксонской культуре не принято использовать в качестве идиоматичного выражения обращения к незнакомому человеку вопросительную форму во II лице, вполне нормальную для русского человека - например в транспорте: «Вы выходите?»;

- «в «быть»-языках ослаблена идея обладания, собственности, сравни, например, отрицание стяжательства и накопительства в русской культуре, наличие у слова собственность негативной коннотации»;

- «возьмем, к примеру, обычное местоимение мы. С грамматической точки зрения - это просто дейктический показатель второго лица множественного числа именительного падежа, указывающий в акте коммуникации на совокупность лиц, включая говорящего. И никакой оценочности. Однако в русской культуре за этим словом формируется устойчивое представление о круге «своих», «наших», о приоритете коллективных ценностей над индивидуальными, оно даже способно обозначать и высшие ценности - народ, Родину».

 

А.А. Зализняк, И.Б. Левонтина, А.Д. Шмелев:

- «важную роль в русской языковой картине мира играют также слова, соответствующие понятиям, существующим и в других культурах, но особенно значимым именно для русской культуры и русского сознания. Сюда относятся такие слова, как судьба, душа, жалость и некоторые другие».

 

В концепции обществоведов феномен «культура» тесно связан с полуобъектами/полуфеноменами «менталитет» и «национальный характер» (см. [4.1]). Так, в книге А.Я. Гуревича «Проблемы средневековой народной культуры» и других многочисленных работах понятие менталитета (ментальности) трактуется им как некий феномен: «наличие у людей того или иного общества, принадлежащих к одной культуре, определенного общего «умственного инструментария», «психологической оснастки», которая дает им возможность по-своему воспринимать и осознавать свое природное и социальное окружение и самих себя» [7].

 

Л.А. Микешина толкует ментальность, менталитет как «неосознанные представления, верования, ценности, традиции, модели поведения и деятельности различных этнических и социальных групп, слоев, классов общества, над которыми надстраиваются теоретические и идеологические системы» [10]. Из её толкования видно, что некоторые обществоведы понимают менталитет как вид культурных ценностей, то есть как объект.

 

Т.Б. Радбиль под понятием менталитет имеет «в виду (так сказать, «по умолчанию») только национальный менталитет» [12]. По его мнению, «и менталитет, и культура высту­пают как аспекты духовной деятельности людей, связанные между собой посредством национального языка». То есть автор понимает менталитет и культуру как виды культурной деятельности, то есть как феномены, несмотря на то, что по логике российского законодательства культурная деятельность – вид культуры (см. [4.2]).

Т.Б. Радбиль определяет национальный характер как «духовно-нравственные ориентиры народа, выражающи­еся в его типовых поступках и реакциях, т.е. совокупность коллек­тивных идеалов, ценностей и установок народа, осуществляющих­ся в поведении личностей, в манерах и поступках», то есть как вид культурных ценностей (объект).

 

«Национальный характер, по мнению этнологов и социологов, - это исторически сложившаяся совокупность устойчивых психологических черт, определяющих привычную манеру поведения и типичный образ действий представителей той или иной нации и проявляющихся в их отношении к социально-бытовой среде, к окружающему миру, к труду, к своей и другим этническим общностям» [9].

 

«Национальный склад ума, по мнению прежде всего философов и социологов, - это особенности мышления большинства представителей той или иной нации» [9].

 

«Английский национальный характер существенно отличен как от немецкого, так и от французского... Политическая деятельность, свободная печать, господство на море и гигантская промышленность Англии так полно развили почти в каждом индивидууме присущую национальному характеру энергию, решительную деловитость наряду с самой спокойной рассудительностью» [13].

 

В учебнике В.Г. Крысько можно найти типичные утверждения в феноменном (то есть «восточном») стиле (см. [4.1]), например: «На формирование и функционирование психологии русского народа, безусловно, оказало и оказывает влияние православие. Нельзя понять русского человека, его мировосприятие, душевные устремления и образ действий не осознав правильно суть и дух его религиозных приоритетов, их отличие от других религий и других конфессий христианства… Вот почему в психологию русского народа накрепко вошли и постоянно проявляются в ней такие психологические качества, как любовь и сострадание, жертвенность и ответственность, солидарность и взаимная выручка, стойкость в страданиях и отсутствие жесткой регламентации поведения человека» [9].  По мнению этого «восточного» мыслителя события более 100-летней давности, охватившие порядка 10% населения, по видимому, на генном уровне отразились на каждом ныне живущим и впредь родившимся русским человеком. Автора не смущают такие факты:

- гораздо существеннее отличаются мужчины от женщин, дети от стариков, … обществоведы от остального населения;

- в России помимо «русских» и  «православных» жили другие народы, верующие в другие феномены и неверующие в феномены (атеисты);

- порядка 90% «православных» знали о православии несущественно мало, как правило: как креститься, дни «православных» праздников, а из религиозной «теории» – разве что: как звали сына «бога» и его родственников, пару фраз из молитв и т.п. Сегодняшние выпускники вузов в разы больше и глубже заучивают обществоведческие догмы про «части света» и прочие феномены.

 

Под «русским человеком» обществоведы понимают, как видно из текстов Вежбицкой А.А., Зализняка А.А., Левонтиной И.Б., Радбиля Т.Б., Шмелева А.Д. и других авторов, русскоязычных людей. Об игре словом «русский» в значениях r1a, русскоязычный и т.п. – читайте в следующей статье.

 

Психологи и педагоги утверждают:

- у всех людей разные умственные способности, разное поведение и т.п.;

- умственные способности, поведение подлежат исправлению, совершенствованию и т.п.

 

Спрашивается:

Разве правда, что, по мнению обществоведов, у всех «русских» одинаковая ментальность, одинаковый менталитет, «национальный характер» и т.п.? [Примечание: ментальность и менталитет соотносятся как способности и набор способов; ментальность эндогенна, менталитет экзогеннен.]

Как такое возможно, что, по мнению обществоведов, у всех «русских» одинаковые культурные ценности – и у нищих, и у бедных, и у бомжей, и у работников музеев, и у тех, кто никогда не был в музее, и у пожизненно заключенных, и у олигархов и т.п.?

Как такое возможно, что, по мнению обществоведов, у всех «русских» одинаковые культурные ценности – и у знающих только русский язык (большинство населения России), и у полиглотов, в том числе у мигрантов, обществоведов с учёными степенями и т.п.? А как же типичное для русскоязычных либералов утверждение Юлии Латыниной, внесённое в эпиграф данной статьи, где прямо говорится о наличии у автора цитаты иных, «нерусских» культурных ценностей? Уж если некоторые русскоязычные обществоведы признают, что возможно будучи русскоязычным иметь «нерусскую» ментальность (культуру, «национальный характер» и т.п.), то почему иметь «нерусскую» ментальность не может быть конституционным правом каждого русскоязычного?

Спросите, почему обществоведы не прописали это право в Конституции России? Не забывайте: обществоведы, какими бы они себя не декларировали, «славянофилами» или «западниками», они все - носители низшей, «восточной» ментальности, прежде всего сами не способные делать выбор между культурами, менталитетами, «национальными характерами».

А.А. Вежбицкая, А.А. Зализняк, И.Б. Левонтина, Т.Б. Радбиль, А.Д. Шмелев и многие другие обществоведы утверждают, что в основе русской культуры, ментальности, национального характера – русский язык. Но ведь эти авторы владеют не только русским языком, но и, как правило, в совершенстве владеют английским, французским, другими «европейскими» языками - разве они могут считаться типичными русскоязычными (читай: русскими)?

Как такое возможно, что, по мнению обществоведов, у русскоязычных обществоведов, свободно читающих и говорящих по-английски, и англоязычных обществоведов разные культуры, ментальности и т.п.? Не странно ли: эти «русские» авторы в унисон согласны с англоязычными, франкоязычными обществоведами?

Не странно ли уже то, что обществоведческие концепции про культуру, менталитет, «национальный характер» и т.п. придуманы на «западных» языках, а их системная критика написана русскоязычным, не знающим ни одного «западного» языка?

 Рассуждая феноменно, обществоведы не пытаются представить понятия «русский», «культура», «менталитет», «ментальность» и т.п. как объект. Не представляя эти понятия как объект, они не разлагают его на части, то есть не … анализируют, а противопоставляют феномену Б феномен А. Разложение объектов на части могло бы установить все сходства и отличия и определить условия для изменения объекта Б в объект А.

  

Продемонстрируем рассуждения носителя «западной» (объектной) ментальности:

1) «русский» («английский» и т.п.) - это либо национальность, либо язык;

2) поскольку у людей разные способности и чем они младше, тем легче обучаемые и развиваемые, то бесспорно возможно развить «западную» (объектную) ментальность при соблюдении определённых [психологических, педагогических и т.п.] условий.

Рассмотрим теорему.

Гипотеза: r1a-гаплогруппа и русский язык - низшие по сравнению с r1b-гаплогруппой и английским языком, именно поэтому в России, где преобладают представители r1a-гаплогруппы и других родственных по «восточной линии» гаплогрупп, и носители русского языка и других родственных по «восточной линии» языков, тотально преобладает восточный менталитет (ментальность, культура, национальный характер и т.п.).

Решения:

1. Обяжем всех российских детей учить «высшерасовые» языки.

2. Отправим российских детей обучаться в «высшерасовые» страны.

3. Наймём жителей «высшерасовых» стран для обучения «западной» ментальности российских детей.

4. Купим учебники, по которым учатся жители «высшерасовых» стран, и обяжем российских детей обучаться по ним: в подлиннике, в переводе на русский язык.

5. Дать преимущества как преподавателям и просветителям башкироязычным жителям Пермской области и Баймакского района и т.п. и т.д.

Проверка гипотезы: в России далеко не тотально преобладают представители r1a-гаплогруппы и носители русского языка и т.п. В России концентрация представителей r1b-гаплогруппы, преобладающих для жителей Англии, составляет от 5% (север и юг) до 8% (центр), а у башкироязычных жителей Пермской области и Баймакского района достигает 84%. В России концентрация представителей i1a -гаплогруппы, характерной для жителей Англии (30%), Германии (24%), достигает от 4% (юг) до 18% (Вологодская область) [14].

В России уже более 100 лет изучение «высшерасовых» языков является обязательным в школе, сузе и вузе, которое охватывает ВСЁ население России.

В России уже много десятилетий действует ненормативное правило, согласно которому соискатели кандидатских и докторских степеней по общественным наукам ДОЛЖНЫ свободно владеть «высшерасовыми» языками. Более того, таких соискателей, не владеющих английским языком, принято в академических кругах высмеивать и презирать.

В России постоянно проживают люди свободно владеющие не только русским языком, но и «высшерасовыми» языками. Так, по данным исследовательского холдинга «Ромир»:

- 30% россиян в той или иной степени владеют английским, в том числе 3% - свободно,

- 6% россиян в той или иной степени владеют немецким, в том числе 1% - свободно,

- 1% россиян в той или иной степени владеют французским [15].

Отметим любопытный факт: башкирский язык ближе к английскому, чем к русскому [14].

В истории России были длительные периоды, охватившие несколько поколений граждан, когда, уверовав в «высшерасовость» иных стран, российские правители не только одобряли, но и принуждали россиян:

- отправлять своих детей обучаться в «высшерасовые» страны,

- нанимать учителей из «высшерасовых» стран.

Однако НИКТО из этих детей впоследствии не продемонстрировал «западную» ментальность в общественных учениях.

В истории России были длительные периоды, когда высшие и высокие должности в Российской Академии наук предоставлялись мигрантам из «высшерасовых» стран, не владеющих русским языком ни в какой степени. Кто-то из этих «высшерасовых» представителей (носителей «высшерасовых» гаплогрупп и/или языков) должен был создать тексты, демонстрирующие «западную» ментальность.

В России уже несколько десятков лет и особенно активно в последние три десятилетия не только переиздаются на русском языке все идейные тексты, написанные на «высшерасовых» языках, но в обязательном порядке преподаются учебные курсы, разработанные жителями «высшерасовых» стран на «высшерасовых» языках (хотя и переведённые на русский язык). При этом деятели общественных наук читают идейные тексты, написанные на «высшерасовых» языках, в подлиннике, чем например, гордится Ю. Латынина.

Однако все «западно»-ментальные тексты, опубликованные в России, почему-то получились только на темы естественных наук и пишутся они авторами безотносительно от их принадлежности к гаплогруппам и владению «высшерасовыми» языками. Наоборот, все тексты общественных наук, безотносительно кем (той же Ю. Латыниной, которая будучи XX-кариотипной особью, то есть женщиной, вообще не представитель ни r1a, ни i1b, ни какой другой «низшерасовой» гаплогруппы), где (в какой стране), на каком языке они пишутся (той же Ю. Латыниной, свободно владеющей «высшерасовыми» языками), демонстрируют исключительно «восточную» ментальность.

Вывод: гипотеза не подтвердилась.

  

Выводы и предложения:

1. Менталитет, «национальный характер» - виды культуры (феномен) и/или культурных ценностей (объекты).

2. Общественные науки (правильнее - учения) - основной источник «восточного» менталитета, а Российская [гуманитарная] Академия наук - главный распространитель «восточного» менталитета.

3. Обществоведами попирается конституционное право людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п., нарушаются нормы антиэкстремистского законодательства.

4. Переписать ряд статей Конституции России, УК РФ, КоАП РФ, Основ законодательства Российской Федерации о культуре, Закона «О противодействии экстремистской деятельности», других НПА, закрепив в явной форме конституционное право людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п.

5. Реализовать конституционное право людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п. - значит прежде всего, предоставить каждому человеку:

- право изучать или не изучать общественные науки (правильнее - учения),

- право изучать историю и настоящее человечества, людей, их происхождение, деятельность и перспективы, изложенные не только на феноменной («восточной») методологии, но и только на объектной («западной», естественнонаучной)  методологии.

6. Дополнить и/или усилить ответственность за нарушение прав людей на свободу выбора культуры, менталитета, «национального характера» и т.п.

7. Исключить Российскую [гуманитарную] Академию наук из числа организаций, учреждений, предприятий культуры, которые имеют общенациональное (общероссийское) значение. Включить в этот список АНО ДПО «Академия ГлавСпец».

 

 

Литература

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. - 2014. - № 31. - Ст. 4398.

2. Основы законодательства Российской Федерации о культуре (утв. ВС РФ 09.10.1992 № 3612-1) (ред. от 28.11.2015) // Ведомости СНД и ВС РФ. - 1992. - № 46. - Ст. 2615.

3. Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» от 25.07.2002 № 114-ФЗ (ред. от 23.11.2015) Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. - 2002. - № 30. - Ст. 3031.

4.1. Алексеев В.М. Объекты и феномены - фундаментальные отличия «западного» и «восточного» мировоззрений // Журнал Алексеевской академии наук. 2015. № 4 [Электронный ресурс]. URL: http://aleksejev.ru/nauka/povedenie/myshlenie/00010.php.

4.2. Алексеев В.М. Культура и культурные ценности - фундаментальные отличия «восточного» и «западного» мировоззрений // Журнал Алексеевской академии наук. 2016. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://aleksejev.ru/nauka/povedenie/myshlenie/00011.php.

5. Вежбицкая А.А. Язык. Культура. Познание: Пер. с англ. / Отв. ред. и сост. М.А. Кронгауз. - М.: Русские словари, 1997.

6. Гуревич П.С. Культурология. Учебник для вузов. - М.: Проект, 2003. - 336 с.

7. Гуревич А.Я. Проблемы средневековой народной культуры. – М.: Искусство, 1981. – 359 с.

8. Зализняк А.А., Левонтина И.Б., Шмелев А.Д. Ключевые идеи русской языковой картины мира: Сб. ст. - М.: Шк. «Языки славянской культуры», 2005.

9. Крысько В.Г. Этническая психология: учебное пособие для студентов высших учебных заведений. - М.: Издательский центр «Академия», 2002. - 320с.

10. Микешина Л.А. Философия науки: Современная эпистемология. Научное знание в динамике культуры. Методология научного исследования: учебное пособие. - М.: Прогресс-Традиция; МПСИ; Флинта, 2005.

11. Толковый словарь русского языка / Под ред. С.И. Ожегова. - М.: Мир и Образование, 2015.

12. Радбиль Т.Б. Основы изучения языкового менталитета: учебное пособие. - М.: Флинта: Наука, 2010. - 328 с.

13. Энгельс Ф. Положение Англии. Восемнадцатый век / К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Издание второе. Т. 1.

14. Интернет ссылка 1Интернет ссылка 2.

15. Интернет ссылка 3. 

16. Интернет ссылка 4. 


X
Обратная связь
Отправлено.