Почему они врут?

Статьи о внешней и внутренней политике, истории и теории государства. Вы можете подписаться на новые публикации.
Дата: 12.01.2023 Автор: Алексеев Владимир Михайлович Просмотров: 33 Комментариев: 0 Категория: Актив Теги: единообразный код

C 1 января 2023 года я работаю над проектом «Единообразный код», который является как бы эволюционным продолжением проекта ОТКО2. Его отличия в том, что он двуязычный – английский и русский.

Одна из причин моего отказа от российских нормативно-правовых актов при разработке терминологического словаря управленческих и правовых терминов в том, что некоторые из этих актов, прежде всего Гражданский Кодекс Российской Федерации, не являются оригинальными, мягко говоря.
Как вы думаете, откуда взялся Гражданский Кодекс Российской Федерации и почему он называется кодексом?


Перед вами слева титульный лист англоязычного первоисточника, справа титульный лист как бы его перевода.
Вопрос: сколько грубых ошибок на листе справа?
Как минимум их две.
Право во множественном числе превращается в законы, а код в кодекс.
К комиссионерам, то есть к членам комиссий, и к слову «коммерческий» придираться я не буду.

Код - это не кодекс, а право – не закон.

В русском языке, как и в английском языке, есть слово «код», и оно обозначает то же самое, что и в английском – простыми словами, текст.
Существенное отличие кодекса от кода в том, что кодекс – это документ, то есть текст с реквизитами. А код – это только текст.
Примерно тоже самое право. Существенное отличие закона от права в том, что закон – это документ, то есть текст с реквизитами. А право – это даже не текст, это речь, которая бывает письменной и устной. Право может быть устным. Закон может быть только письменным и только с реквизитами.
Чтобы право или код стал законом или кодексом, они должны быть кем-то оформлены, подписаны и опубликованы.
Единообразный коммерческий код – никакой вовсе не Единообразный торговый кодекс, потому что разработан он не органом государственной власти, а обычной организацией типа НКО.
Впервые написан в пятидесятых годах прошлого века.


Слева на белом фоне фамилии авторов Гражданского Кодекса Российской Федерации, принятого Госдумой РФ в 1994 году. Справа – фамилии участников редакции, опубликованной в 1996 году. Сравните фамилии, они почти совпали.
А теперь выборочно посмотрим, как они переводили и редактировали. На белом фоне оригинальный текст.

Что мы здесь видим? Мы видим, что редакторы вообразили себя умнее англоязычных предшественников и пытаются их поправлять. Я привёл здесь два таких случая.
Реальность: перевранный рерайт.
На что ещё нужно обратить внимание. Смотрите: в США единообразный коммерческий код подготовили обычные люди с улицы. В России разработку Гражданского Кодекса Российской Федерации поручили Федеральному Государственному Бюджетному Учреждению «Исследовательский Центр Частного Права При Президенте Российской Федерации», учредитель - Правительство Российской Федерации, руководитель Сергей Алексеев - тот самый, который вместе со своей однофамилицей гражданкой США Людмилой Алексеевой участвовал в заседаниях Совета по развитию гражданского общества и правам человека.
Вдумайтесь, на сколько абсурдная ситуация. Сергей Алексеев занимается развитием гражданского общества и прав человека и одновременно он, будучи, по сути, сотрудником исполнительной ветви власти подменяет законодательную власть.
Ранее я неоднократно хвалил Гражданский Кодекс Российской Федерации, который местами имеет шестой из десяти уровень юридической техники.
Но увы, подобные кодексы неуникальны. После того, как в 1991 году распался СССР, одновременно работы по разработке подобных кодексов велись в пятнадцати бывших республиках СССР, кроме того ещё в трёх десятках других стран. Также имелся и другой успешный подобный опыт.
Попутно Сергей Алексеев числится автором не только Гражданского Кодекса, но и конституции РФ, уровень юридической техники которой едва ли третий.
Но и конституции тоже неуникальны, подобные документы имеются в сотне стран.
А вот «Теория государства и права» - это чисто советская бредятина, которую не скопируешь из англоязычных источников, тут уже придётся писать самому.
Сергей Алексеев числится главным редактором учебника «Теория государства и права», перед вами цитата из третьего издания 2005 года.
Читаем:

«Термин «политика» в переводе с греческого — «искусство управления государством». Венцом политики выступает государственная власть.».

Как видим, снова крайне вольный перевод. На самом деле, древнегреческое слово «политика» с натяжкой можно перевести как «городской». Связь с «государством» - не более чем игра слов: город и государство соотносятся как географические объекты.
В современном смысле «политика» - это набор правил, относящихся к конкретной цели.

Правило может быть выражено как обязательство, разрешение или запрещение».
Примерно такое же значение имеет термин «код» - это набор команд или правил. Например, машинный код – это набор команд.
Этот учебник «Теория государства и права» - словесный трэш, уровень юридической техники, можно сказать, нулевой.
Вопрос: мог ли автор словесного мусора быть автором кодекса, который местами имеет шестой из десяти уровень юридической техники?
Итак, в США есть гражданское общество и права человека, потому что в США любой человек может написать набор команд или правил, который затем будут принимать или не принимать органы власти.
В России нет гражданского общества и прав человека, потому что в России развитием гражданского общества и прав человека занимаются сотрудники исполнительной власти, подменяющие сотрудников законодательной власти.
Почему они врут?
А они что-то умеют другое?

Комментарии
Комментарии отсутствуют